Город Москва, это Ваш регион?

Кто в России сделает реки и озера чище?

«Водная среда» — программа на радиостанции "Эхо Москвы" в которой известные политики, чиновники федерального и регионального уровня, ученые, представители бизнеса, артисты и люди самых разных профессий делятся своим экспертным мнением и обсуждают актуальные темы, связанные с водными ресурсами нашей страны. Программа подготовлена в рамках федеральной целевой программы «Вода России».

ГОСТИ:
Виктор Мелихов, начальник отдела региональных программ ФГБУ «Центр развития ВХК»
Илья Разбаш, руководитель пресс-центра «Вода России»
Алексей Лупанов, координатор программы «Селигер-Сердце России» фонда «Чистые реки»

ВЕДУЩИЙ: Роман Плюсов


Прослушать выпуск передачи вы сможете в медиагелерее.

Р. Плюсов
― Как обычно по средам в студии «Эха» обсуждаем водные проблемы, и тема сегодняшней программы: «Кто в России сделает реки и озера чище»? К нам в редакцию обратились представители фонда «Чистые реки» с проблемой, которая нам показалась очень актуальной в масштабах страны. Фонд «Чистые реки» пытается сохранить озеро Селигер. Ну, грубо говоря, до 800 тысяч туристов за лето фактически уничтожают уникальную экосистему, и поэтому главный вопрос, кто должен заниматься реабилитацией конкретно этого озера, и в целом водоемов в стране? У нас в студии Виктор Алексеевич Мелехов, начальник отдела региональных программ центра развития водохозяйственного комплекса России, Виктор Алексеевич здравствуйте.

В. Мелехов
― Здравствуйте.

Р. Плюсов
― Илья Андреевич Разбаш, начальник отдела связи с общественностью и СМИ центра развития водохозяйственного комплекса, Илья добрый день.

И. Разбаш
― Добрый день.

Р. Плюсов
― И Александр Николаевич Лупанов, координатор программы «Селигер – сердце России», фонда «Чистые реки». Александр Николаевич, здравствуйте.

А. Лупанов
― Здравствуйте.

Р. Плюсов
― Александр, ну и первый вопрос разумеется вам. Вот не могли бы вы вкратце описать, с какой проблемой сегодня сталкивается Селигер?

А. Лупанов
― Селигер умирает. Дело в том, что как уже казали, проблема связана не только с переизбытком туристов и их культуры, но и с тем, что озеро постоянно из года в год, можно сказать из столетия в столетие, убивается благодаря тому, что в озеро сливаются неочищенные стоки. Город славен своей промышленностью, и выделкой кож, и более уже 250 лет выделывают кожи на берегах озера Селигер. И если сначала это были просто чаны на берегах, где вываривалась кожа, то сейчас это современные корпуса, и высокие цифры в показателях производства кож, но по очистке стоков ситуация за 250 лет практически не изменилась.

Р. Плюсов
― Александр, я правильно понимаю, вы говорите о… Скажем так, антропогенном воздействии, то есть люди дальше промышленность…

А. Лупанов
― Да.

Р. Плюсов
― То есть, это целый комплекс проблем.

А. Лупанов
― Да, это комплекс проблем на особо охраняемой природной территории, и…

Р. Плюсов
― Что сегодня происходит с озером?

А. Лупанов
― В настоящее время озеро потихонечку умирает, как я уже сказал. Значит увеличивается…

Р. Плюсов
― (Неразборчиво) там не были, что вот физически происходит, что (неразборчиво) могут увидеть там?

А. Лупанов
― Физически с 2015 года, на территории города Осташков запрещено купание по микробиологическим показателям.

Р. Плюсов
― Вот это важно. То есть люди. Которые сегодня собираются на Селигер, должны понимать, что купать там нельзя.

А. Лупанов
― Да, в районе города Осташков, с этим уже… Купаться нельзя. Надо сказать еще и о воздушном загрязнении, да? Ну я коротко просто скажу, что очень сильные запахи от предприятия, и постоянно жители города жалуются на это, и я знаю, что это и туристов отбивает тоже. И вторая проблема, которую вы уже немножечко затронули – это вот туристический сектор, его неорганизованность. Это связано с тем, что к сожалению в нашей стране так вот кемпинговые культуры еще и не развиты, поэтому на берегах Селигера сейчас отдыхающие проживают как в коммуналке. Скажем, у каждого свое туристическое место, там площади 10 квадратных метров, все трутся друг об друга, и скажем, весь свой муссов, все свои так скажем продукты жизнедеятельности закапливаются, или сбрасываются непосредственно в озеро. При этом происходит вырубка леса, и в комплексе это приводит к тому, что…

Р. Плюсов
― К уничтожению, по сути уничтожению озера.

А. Лупанов
― Да, точно.

Р. Плюсов
― Виктор Алексеевич, вам такой же вопрос. Кто должен заниматься реабилитацией скажем так, или очисткой рек и озер? Вот мы только что услышали проблему Селигера, а вот на этом конкретном примере?

В. Мелехов
― Ну несомненно тот, кто пользуется этим водным объектом, несомненно это жители, это власти субъекта, в данном случае Тверской области. Я хотел бы сказать, что…

Р. Плюсов
― То есть и, вы говорите и жители, и власти, да?

В. Мелехов
― Да.

Р. Плюсов
― То есть, это такая общая проблема, в которой должны разбираться власти, общество вместе.

В. Мелехов
― Общая проблема. Это проблема (неразборчиво) да, это проблема экономическая, поскольку требует определенных затрат. Но в первую очередь конечно это власти. Я хотел бы…

Р. Плюсов
― Ну да, нас, конечно, интересует в первую очередь, поскольку вы представляете центр развития водохозяйственного комплекса, что могут сделать власти в первую очередь?

В. Мелехов
― Помощь властям по данному направлению, есть такая программа, федеральная целевая программа «Развитие водохозяйственного комплекса РФ, до 20 года. И в этой программе одной из важнейших направлений является направление по восстановлению экологической реабилитации водных объектов. Субъекты РФ, на основании вот это… Федеральной целевой программы, и правил субсидирования, изучает водный объект, изготавливает проект соответствующий. Этот проект подает на конкурсной основе, на федеральный уровень для субсидирования.

Р. Плюсов
― То есть, в федеральной целевой программе заложены средства…

В. Мелехов
― Заложен такой механизм, да.

Р. Плюсов
― И выделяются средства на реабилитацию малых рек и озер региональных?

В. Мелехов
― Водных объектов, да. Водных объектов, скажем так, утративших способность к самоочищению. То есть, этих водных объектов, которые в настоящее время находятся в критическом состоянии, и не могут уже собственными силами, скажем так, при действующей антропогенной нагрузке восстанавливаться.

И. Разбаш
― По большому счету ситуация такова, что основной проблемой является по сути сильное ухудшение условий и качества жизни людей, проживающих в непосредственной близости к водоему. Таких водоемов в нашей стране довольно много. Селигер конечно яркий пример, но не единым Селигером эта проблема раскрашивается.

Р. Плюсов
― Есть какие-то цифры, может статистика?

И. Разбаш
― По данным нашего госдоклада о состоянии использования водных ресурсов РФ, ежегодно сбрасывается порядка 50 кубокилометров сточных вод. То есть, это колоссальная вообще цифра, да? При этом, из подлежащих очистке сточных вод, только 10% очищено до установленных нормативов. 19% сбрасываются вообще без очистки.

Р. Плюсов
― Ну 10%, которые очищены до необходимых нормативов, по сути это катастрофа, когда 90% где льется непонятно чего.

И. Разбаш
― 11 миллионов тонн загрязняющих веществ – это кошмар, да. Собственно в рамках ФЦП «Вода России», о которой Виктор Алексеевич говорил, есть механизм, который позволяет собственно помочь, или позволяет совместно работать с региональными властями, по ликвидации таких масштабов, таких вот экологической катастрофы по сути своей. И ведь те самые сточные воды, о которых и Александр говорил, это не только промышленные ЖКХ, да? Но это известные всеми нами например в городе Москва там ливневка, да? И сколько через нее поступает собственно грязи, правда? Но надо сказать, что крупные города обладают мощными станциями по очистке, да? Но вместе с тем, довольно большое количество регионов и муниципальных образований, или например сельскохозяйственных угодий, где удобрения просто попадают через почву, да? В речку, которая протекает рядом с этим полем. То есть, это действительно колоссальная проблема для всей страны.

Р. Плюсов
― От кого инициатива должна исходить? Вот Илья, ты уже заговорил о людях, которые живут рядом со свободными объектами, и в первую очередь страдают они. Но ведь даже мы горожане, когда едем на дачу, едем куда-то просто в путешествие по стране, видим эти озера, видим реки, видим горы мусора на берегах, видим эти заболоченные какие-то, да? Пахнущие водные объекты. Кто должен, от кого должна идти инициатива, чтобы наконец то вот разобраться с конкретным этим озером?

И. Разбаш
― Система, принятая в рамках правительства РФ, да? И в рамках Министерства природных ресурсов… У Министерства природных ресурсов переданы полномочия в регионы. То есть, по сути своей все очень просто, ответственность несут региональные власти на местах, и такое правило, что загрязнитель и очищает, да? Оно работает везде, и во всей стране. Вместе с тем, в рамках федеральной целевой программы есть инструменты, которые помогают… Понятно, что не все регионы обладают достаточными средствами в полном объеме для того, чтобы локализовать все эти проблемы, связанные именно с водохозяйственным комплексом, или с антропогенной нагрузкой на там те или иные водные объекты. В рамках ФЦП есть такой инструмент.

Р. Плюсов
― Ну, то есть по сути что, власти региональные должны захотеть, или нет? Ведь я очень сомневаюсь, что региональные власти могут ни с того ни с сего захотеть там очистить какое-то озеро. Нужен какой-то стимул что ли, или как в народе говорят, пинок нужен, прежде чем зашевелились чиновники.

В. Мелехов
― Пинок – это скорее всего должен быть со стороны населения. Но несомненно инициатором такого проекта должен являться субъект РФ, то есть региональные власти.

Р. Плюсов
― То есть, местные власти, только.

В. Мелехов
― Да, да. При этом, непременное условие – этот проект должен быть комплексным. И комплексность его заключается в том, что в первую очередь должна сниматься антропогенная нагрузка. Без этого на конкурс скажем так, не на какой конкурс проект не может быть принят. Что включает такие мероприятия? В первую очередь, это конечно те загрязнители конкретные, которые привели к такому состоянию водный объект, это строительство-реконструкция канализаций, это организация ливневого стока, это изменение видов хозяйственной деятельности на территории, на водосборе, и так далее. И уже скажем во вторую очередь, это непосредственное излечение тех загрязнений, того накопленного экологического ущерба, который был произведен за предыдущие годы. То есть, это несомненно изъятие загрязнений уже из водного объекта. В таком случае, проект получает субсидирование из федерального бюджета.

Р. Плюсов
― О каких суммах идет речь? Можно примерно хотя бы, чтобы понимать. Ну, чтобы нас например слушают сейчас в регионах, и знали, что вот нужно…

В. Мелехов
― Ну, это скажем так, несколько десятком миллионов, и до миллиарда возможно. Это зависит конечно от значимости этого объекта, от размеров этого объекта, от сумм накопленных загрязнений. Есть у нас такие объекты, которые допустим… Это речка Тимерник в Ростовской области, там проживает в зоне непосредственно прилегающей к этой реке, 30 тысяч человек. Несомненно, это значимый объект, он тяжелый объект, это заселенная территория. Есть объекты менее, скажем, значимые, но они и наиболее дешевые.

Р. Плюсов
― Вот вы сейчас заговорили про регионы, про Ростовскую область, мы сейчас обязательно свяжемся, будем звонить в регионы, но прежде я хочу спросить у Александра. Александр, вы пробовали с местными властями разговаривать? Что они вообще, как они реагируют? Просто это, вот заставить чиновников местных участвовать в программе реабилитации, в рамках федеральной целевой программы?

А. Лупанов
― Ну, в настоящее время, скажем люди, к которым можно обратиться с этим вопросом, их все меньше и меньше. Дело в том, что непосредственно глава города Осташков вот только-только вышел из-под домашнего ареста, он там проходит по делу…

Р. Плюсов
― Это уже другая история, да?

А. Лупанов
― Да. Мы как бы в свое время общались с министром природных ресурсов Тверской области, и собственно говоря пытались донести до него, что ситуация действительно очень острая. Я произносил слова, что это экологическая катастрофа, и…

Р. Плюсов
― Вот в чем суть моего вопроса? Просто это, придти и получить? Или же нужно действительно провести работу некую, чтобы вот…

А. Лупанов
― Чтобы достучаться?

Р. Плюсов
― Чтобы не достучаться, чтобы начались реальные дела.

А. Лупанов
― Ну по сути, не смотря на то, что мы уже приложили достаточно много условий, вот и сняли фильм, и…

Р. Плюсов
― Усилий.

А. Лупанов
― Да, усилий. Сняли фильм, и, скажем, общаемся тут с активистами непосредственно на местах, и вот были у министра природных ресурсов Тверской области, по сути движения как такового еще не началось, поэтому как бы достучаться сложновато.

Р. Плюсов
― Но можно, или нет?

А. Лупанов
― Ну я надеюсь, что можно. В конечном счете, вот я достучался до коллег.

Р. Плюсов
― Давайте мы сейчас свяжемся с Тамбовской областью, у нас на связи начальник управления по охране окружающей среды и природопользованию региона, заслуженных эколог РФ, Надежда Петровна Петрова. Надежда Петровна, здравствуйте.

Н. Петрова
― Здравствуйте.

Р. Плюсов
― Скажите пожалуйста, вот регион ваш принимал уже участие в программе реабилитации водных объектов, в рамках федеральной целевой программы. Какие водные объекты участвовали в программе, что делалось, сколько это времени заняло?

Н. Петрова
― Мы участвовали в программе, самой первой, когда еще только началась вот эта программа, и объявилось такое направление, как экологическая реабилитация, мы сразу же приняли все меры, чтобы в ней принять участие. Это не просто, надо выполнить проектные работы, после чего (неразборчиво) определенные показания, но как диагноз, что экологический объект… Что этот водный объект, река требует экологической реабилитации, это надо доказать. Для этого надо сделать проектную документацию, пройти все инстанции необходимой защиты, и потом уже когда эта защита осуществляется… Ну, сколько у нас ушло, 3 года. Вот сейчас мы расчистили одну реку, 3 километра, внутри города. Очень такой нужный объект резонансный, значимый для нас, это река Жигалка.

Р. Плюсов
― А вы не могли бы рассказать, что было с этой рекой, и как она сейчас выглядит, чтобы вы представляли, имели представление.

Н. Петрова
― Ну, ее вообще практически не было, она вся заросла (неразборчиво) это раз, и потом в нее долгие годы сбрасывали промышленные предприятия стоки, и там (неразборчиво) были очень тяжелые. Но конкретно этой реки уже практически не было, люди уже даже забыли, на каком она месте находится. А сейчас это река, ее видно, мы там расчистили несколько озер, убрали все ее отложения. Но этому предстояла большая работа еще наша региональная, и местного самоуправления, и предприятий. Мы построили все очистные, которые теперь уже (неразборчиво) очищаются. И последствия такие, что надо сначала очистить воду, не сбрасывать в нее, а потом уже очищать дальше водный объект для того, чтобы исключить все ранее накопленное вот это экологическое загрязнение. Вот так мы и делали, все как положено (неразборчиво).

Р. Плюсов
― Вот вы общаетесь наверняка с местными жителями, что люди говорят, вообще довольны? Ну наверняка разумеется довольны.

Н. Петрова
― Да довольны конечно. (Неразборчиво) они увидели реку, они увидели (неразборчиво) большой жилой массив здесь находится, они конечно… Это (неразборчиво) для отдыха, для вообще просто того, чтобы в конце концов (неразборчиво).

Р. Плюсов
― Рыба завелась? Рыбачить сейчас там можно?

Н. Петрова
― Рыба завелась, да. Можно уже рыбачить. Мы там заселили свои водные объекты… Ну, там есть специальные технологии, по которым там заселяют водные растения, которые продолжают еще работать, и очищать водный объект. То есть, экологическая (неразборчиво), она в полном объеме проводится. Мы хотим сказать, что это очень хорошее направление работ, очень нужное направление работ, и конечно же регионы, я знаю своих коллег, из Витебска, из Воронежа, все с удовольствием участвуют в этой программе.

Р. Плюсов
― Надежда Петровна, спасибо вам. С нами на связи на прямой была начальник управления по охране окружающей среды и природопользованию Тамбовской области, Надежда Петрова. Вот коллеги, то есть что Надежда Петровна говорит? Сложно, но можно.

И. Разбаш
― Нет, замечательный пример, да.

А. Лупанов
― Не без этого, конечно.

И. Разбаш
― У нас 10 субъектов уже в этом… До 16-го года в 10 субъектах, 17 объектах таких должны быть завершены.

А. Лупанов
― Суммарно, то есть почувствовать себя лучше порядка там 240 тысяч человек, которые проживают на этой территории, и… Ну, вот…

Р. Плюсов
― Это впечатляющие цифры.

А. Лупанов
― Если цифры и дальше продолжать, то площадь работы, это там 1200 гектар, и объем выемки донных отложений, то есть ну, порядка 3миллионов кубометров, да?

И. Разбаш
― Да.

Р. Плюсов
― Ну, с другой стороны, в общем и понятно, когда ты обращаешься за такими суммами, вот которые вы обозначили Виктор Алексеевич, там наверное просто и не может быть, да?

В. Мелехов
― Нет, это не простое мероприятие, но и задача соответствует.

Р. Плюсов
― И задача, в общем, не на рубль.

В. Мелехов
― Не на рубль безусловно, конечно. Но здесь на субъект еще ложится дополнительное, которое не субсидируется их федерального бюджета, по крайней мере по нашей программе. Это они сами за свой счет соей программой должны реконструировать, построить очистные сооружения, о чем говорила вот Надежда (неразборчиво).

Р. Плюсов
― Но это уже другое, да? Это (неразборчиво) субсидирования, а здесь мы говорим про гранты на реабилитацию конкретно.

В. Мелехов
― Да, но это обязательное условие, что они должны провести за свой счет эти мероприятия, а уже далее вот конкретным объектом, проектом по очистке, по ликвидации накопленных ущербов, это уже субсидируется в рамках нашей программы.

Р. Плюсов
― Ну, в общем это логично, потому что какой смысл вкладывать деньги на реабилитацию, если там у тебя (неразборчиво) что можно сбрасывать (неразборчиво) и заботы, все что хочешь. У нас сейчас на прямой связи Волгоградская область, перенесемся в Волгоградскую область… Нету, да? Давайте тогда Татарстан.

И. Разбаш
― Вот есть объект водный например, да? Который потребовал 10 миллионов рублей. То есть, в черте города, я вот смотрю по справке. Карачаевский район, Брянская область, собственно 10 миллионов их которых получается из собственного бюджета два, ну и соответственно 8 из федерального бюджета.

Р. Плюсов
― Мы закончили на Тамбовской области. А что… Вот у меня такой вопрос возникает, да? Суммы разные, мы назвали разные суммы, вы назвали разные суммы, а что… На что они идут, вот что условно говоря, там заказывают какой-то там спецреагент, я не знаю, спецтехнику. Что делают регионы, потом уже получив эти деньги? Куда идут эти средства, и как это проконтролировать вообще?

В. Мелехов
― Эти средства идут непосредственно на такие виды работ: расчистка водного объекта от донных отложений, извлечение объекта механического засорения водных объектов, (неразборчиво) водных объектов, (неразборчиво) водных объектов (неразборчиво) каких-то там (неразборчиво)…

Р. Плюсов
― Все делают специалисты, да? То есть специальные службы, которые знают, которые…

В. Мелехов
― Да, другие виды биологической рекультивации водных объектов, создание биоплата, биогенное закрепление береговых откосов береговой полосы, в пределах прибрежной защитной полосы, в том числе залужение, закрепление кустарниковой растительностью, использование гео-решеток. Все те мероприятия, которые создают дополнительный барьер для загрязнений, поступающих на территорию.

Р. Плюсов
― Давайте мы сейчас еще к этой теме вернемся. У нас на прямой связи Татарстан, перенесемся из Тамбовской области в республику Татарстан, министр природных ресурсов региона, Фарид Султанович Абдулганиев. Фарид Султанович, здравствуйте.

Ф. Абдулганиев
― Да, добрый день.

Р. Плюсов
― Скажите пожалуйста, какие у вас водные объекты в вашем регионе принимали участие вот в федеральной целевой программе в реабилитации водных объектов? Какой объем работ был проделан?

Ф. Абдулганиев
― У нас сейчас как раз реализуется один их проектов, это эко-реабилитация пруда Адмиралтейский. Объем проекта, сумма составляет около 400 миллионов рублей, в этом году мы буквально только еще приступили к этому проекту с его реализацией.

Р. Плюсов
― А что… Вот я уже задавал такой вопрос коллегам из Тамбовской области, чтобы нам понимать, слушателям нашим, что было там до того, как вы начали, до сих пор существует. И что планируется сделать? То есть, какая будет разница, какую разницу жители увидят?

Ф. Абдулганиев
― Ну, вкратце даже скажу, что это за проект, это центр. Столица республики Татарстан, центр Казани, пруд, который состоит из трех частей, фактически он явился таким местом накопления, сбросов с промышленных предприятий, начиная от 50-х годов прошлого столетия. Действительно очень богатая палитра элементов, с учетом того, что промышленные предприятия, которые в 50-е годы там работали, ну вы понимаете, какого характера эти были предприятия. Да, действительно там очень сложные донные отложения, там по ряду веществ идет четырехсоткратное превышение ПДК, если мы сравниваем его с почвой. И сейчас уже трудно определить, кто же хозяин этого подарка так скажем. Потому, что прошло уже больше полувека, была проделана огромная работа по инвентаризации вот этих точек сброса, и объект… И только тогда может быть рассмотрен как объект для эко-реабилитации, когда мы исключаем какие-то антропогенные дальнейшие воздействия. Поэтому у нас сейчас запроектировано строительство очистных сооружений для ливневых стоков. Это одно из условий, и мы в ближайшее время преступим к реализации строительства вот этих очистных сооружений…

Р. Плюсов
― Фарид Султанович, я хочу спросить у вас, вот мы с Ильей были летом на водной аллее у вас в Казани, там действительно прекрасный город. Вот хочу и вам сказать спасибо, и передать всем жителям Казани, которые нас слушают. Красивейший город в центре, это просто совершенно что-то современный, европейский, красивый, удобный классный город. Мы видели вот эту систему озер, красивые набережные в центре, фонтаны. То есть я правильно понимаю, что первоначально было сделано в центре архитектурный, градостроительный облик, а теперь вы занимаетесь еще и реабилитацией вот этих объектов водных, которые мы там видели.

Ф. Абдулганиев
― Боюсь, что вы не видели этот объект, он немножечко в сторонке. Здесь как раз комплексная задача. Во-первых, это очищение самого водного объекта, а потом уже проектировка и застройка всей этой территории. У нас вот эта площадка, это называется адмиралтейская слобода, то есть сердцем его конечно же является водный объект, сначала нужно решить вопросы, которые у нас по этому водному объекту, параллельно у нас идет сейчас проектирование, планировка Адмиралтейской слободы, и я думаю, что через несколько лет мы сможем вас так же пригласить, и так же вы сможете (неразборчиво).

Р. Плюсов
― Спасибо, с удовольствием. Я так понял, что работа продолжается, и работа дальше по благоустройству Казани ведется, хорошая работа. Хочется видеть Казань красивой, прекрасной, с удовольствием приедем. Фарид Султанович, спасибо. На прямой связью со студией был министр природных ресурсов республики Татарстан, Фарид Абдулганиев. Ну давайте сейчас мы прервемся, у нас… Еще раз, спасибо Фарид Султанович. У нас сейчас небольшая реклама. Новости, реклама, и затем мы продолжим, кто в России сделает реки и озера чище.

НОВОСТИ.

Р. Плюсов
― В эфире программа «Водная среда», продолжаем нашу передачу. Кто в Росси сделает реки и озера чище, говорим сегодня об этом. Вот только что мы разговаривали с республикой Татарстан. Илья, ну что говорить, мы были на Водной алее, которую вы организовывали. Но это совершенно прекрасно, что там в центре сделано, это действительно…

И. Разбаш
― Казань традиционно является такой, знаешь… За последнее время можно сказать (неразборчиво), или наверное таким плацдармом по реализации федеральной целевой программы. В целом там (неразборчиво).

Р. Плюсов
― И постоянный участник, да? Федеральной целевой программы.

А. Лупанов
― (Неразборчиво) по всем направлениям.

И. Разбаш
― Ну в общем да, это такой хороший знаешь, как маркетологи называют (неразборчиво) для всей страны, с одной стороны. Безусловно, мы понимаем, что есть административный, тяжелый, довольно тяжелый процесс прохождения конкурсного отбора программ именно по проектам эко-реабилитации, но вместе с тем, как можно понять из звонков коллег, они в общем-то преодолимы, да? Было бы желание. То есть, основным наверное является необходимость и понимание, и собственно небольшое количество, как собственно водится, да? Собственных средств у региона на реализацию этого проекта. А остальные недостающие средства выделяются из федеральной целевой программы.

Р. Плюсов
― Это вот Казань, на мой взгляд, сугубо может служить таким хорошим примером для региональных властей в принципе. Вот я не много, к сожалению не много где бывал, где вот сделана, да? Проведена такая работа.

И. Разбаш
― (Неразборчиво) пригласим Казань, я не знаю, они поделятся, или там напишут (неразборчиво), поделятся опытом.

Р. Плюсов
― Абсолютно, как это делается. Потому, что если например где-то чиновник местный не понимает, да? Ну, размер усилий, который придется приложить, и что он получит. Вот нужно приехать в Казань, и посмотреть, какой будет результат в итоге. Потому, что совершенно абсолютнейшее красивый город, да Александр.

А. Лупанов
― Позвольте я просто добавлю, что в случае с Селигером, здесь тоже такой великолепный как бы и исторический, и культурный, и религиозный кластер. То есть, если бы озеро можно было бы очистить, здесь можно было бы сделать прекрасную территорию для отдыха большого количества людей, в то же время местные жители могли бы на этом зарабатывать. Потому, что…

Р. Плюсов
― Александр, видите в чем проблема, ведь туристы все равно едут. Мы говорим, до 800 тысяч за лето, туристы все равно едут. Вопрос не в этом, туристы все равно едут, и хотят, и все равно…

А. Лупанов
― Да, но местные власти могли бы (неразборчиво) какой-то такой…

В. Мелехов
― Они едут, в данной ситуации это… Вообще это как считается, особо охраняемая природная территория. Можно брать деньги за их въезд, и предлагать им за это деньги, хорошие услуги. Это и подвоз воды, и уборка отходов.

Р. Плюсов
― Уборка мусора, да.

В. Мелехов
― Да, это и приготовление площадок, это и музей по Великой отечественной войне, это и религиозные памятники. Здесь прекрасное, огромное место для фантазии, как мы можем привлечь сюда как можно больше людей. В свете вот этой политической ситуации последней, когда вы знаете, что у нас вот были здесь проблемы и с Египтом, и с Турцией… Пожалуйста, вот это прекрасное свободное место для того, чтобы привлечь миллионы туристов.

Р. Плюсов
― Да, и что делать?

В. Мелехов
― Это надо развивать, и надо как бы…

Р. Плюсов
― Ну вот чем вы и занимаетесь, да?

В. Мелехов
― Конечно, конечно. Мы вот разрабатываем программу эту, как бы привлечь как можно больше денег для того, чтобы создать вот здесь не только такое вот для следующего поколения оставить чистоту этого места, но и создать вокруг него такой своеобразный заповедник как «Сердце России», чтобы… И это может объединить действительно, очень многих россиян.

И. Разбаш
― Ситуация по сути, да? Идеальная. С одной стороны правительство РФ сделало все механизмы, которые возможно подключить и реализовывать проблемные места, реализовывать собственно проекты, которые в будущем могут привести и к развитию и туристического кластера, просто рекреационного. Это может быть культурного какого-то да? Но вместе с тем инициатива, не смотря на общественную инициативу, она должна быть конечно же поддержана местными властями.

Р. Плюсов
― Вот еще один важный аспект, вот ты заговорил… Все-таки общественная инициатива – это тоже очень важно. Вот мы говорим про власти, а ведь сегодня и общественная составляющая тоже очень мощная. Например программа нашим рекам и озерам «Чистые берега», которая кстати говоря тоже в рамках федеральной…

И. Разбаш
― Да, в этом году называется «Вода России», да.

Р. Плюсов
― Ее просто многие знают под таким названием, да.

И. Разбаш
― Дали отчет миллион 300 тысяч участников.

Р. Плюсов
― Миллион 300 участников, то практически каждый десятый.

И. Разбаш
― Ну почти.

Р. Плюсов
― практически каждый десятый житель страны, вышел на уборку…

И. Разбаш
― Да вышел на уборку берегов. Но…

А. Лупанов
― Каждый сотый.

Р. Плюсов
― Так, ну 140 миллионов…

И. Разбаш
― Каждый сотый, да, да. Ну с математикой у нас, да.

Р. Плюсов
― Нужно будет убрать. Это вырежут, как говорят…

В. Мелехов
― Я просто хочу тоже добавить еще, что прекрасная инициатива, и вообще как бы в нашей стране много люди забывают о значимости воды. Ведь существуют праздники, день воды всемирный, да? Ведь в этот день мы можем выйти на берега, просто как бы поблагодарить воду, и тоже сделать от себя какое-то небольшое дело с той же уборкой, расчисткой берега. Провести время какое-то, вот именно так скажем (неразборчиво) с природой…

И. Разбаш
― (Неразборчиво) заботу собственно, как в мультфильме про Гену и Чебурашку, да? Вот к сожалению заткнуть трубу заводу население не может, да? Ну, по крайней мере физически. Хотя физически можно убрать мусор. Донные отложения тоже к сожалению народом никак не получится, это можно специальный проект делать.

Р. Плюсов
― У нас ведь название передачи, кто должен очистить, кто должен сделать реки и озера чище. Вот мы пол передачи практически говорили про власти, вот не зря заговорили про людей. Я бы хотел Илья спросить тебя, насколько сложно звать людей вот на такие уборки? Понятно, что миллион триста – это много, да, мы уже выяснили, что практически каждый сотый. Вот насколько люди охотно идут?

И. Разбаш
― Не просто. Люди идут охотно, но звать их не просто, вот как бы так вот и не звучало.

Р. Плюсов
― Почему?

И. Разбаш
― Потому, что с одной стороны…

Р. Плюсов
― Вот казалось бы, мы видим эти водоемы, видим тоже пикники, и…

И. Разбаш
― А мы мимо проезжаем, мы зачастую проезжаем просто мимо, вот и все. И к сожалению, не убираем за собой мусор, когда мы отдыхаем, или там сделали остановку на пути там не знаю, куда-то. Или приехали покупаться, или в принципе живем рядом, или много или. Всегда находим себе оправдание, что там очень заняты, или еще как-то.

Р. Плюсов
― Ну, то есть большой пласт, правда? Как вот воспитание…

И. Разбаш
― На секунду задуматься – да, и своим детям объяснять, и мне кажется, что это вполне себе подъемная задача, как минимум локализовать тот… Ну, то отношение, да? И сделать его намного выше, нежели чем есть сейчас то отношение к воде.

Р. Плюсов
― Мы все время хотим, чтобы власти что-то делали, но в общем-то и власти должны делать разумеется, это их работа, они обязаны это делать. Ну в общем и самим нам тоже надо.

И. Разбаш
― Ну, тем самым мы намекаем нашим радиослушателям, задумайтесь о важности воды.

Р. Плюсов
― Ну вот вообще, судя по прошлым годам, динамика хорошая. Я помню когда-то, когда только начинались эти вот «Чистые берега» тогда они назывались, да? То 300 тысяч было участников, потом ежу 350, 500, теперь миллион триста. Ну, то есть все равно это…

И. Разбаш
― Нет Ром, как-то получилось, что сначала 170 тысяч, потом…

Р. Плюсов
― А, 170… Я подключился наверное, я увидел первый…

И. Разбаш
― Потом в два раза больше, а теперь мы перепрыгнули вообще все ожидаемые…

Р. Плюсов
― Ну все равно это хорошие цифры: 170 тысяч, и миллион триста. Это говорит о том, что все-таки тяжело, но делается. Трудно, но…

И. Разбаш
― Это точно.

Р. Плюсов
― А на Селигере что-то проходит такое подобное?

А. Лупанов
― Да, на Селигере проходит, вот я познакомился сам с активистами, и я знаю, что проводится и уборка берегов, и есть так скажем люди, которые без так скажем клича идут туда, и убирают за собой, привозят. Потому, что на самом деле, там очень ну, в некоторых местах не тронутая природа, и там ну просто стыдно оставлять после себя какой-то мусор. И естественно когда ты входишь… Места можно сказать святые. Когда ты входишь, и видишь что-то что не соответствует, не гармонично, естественно появляется прямое желание убрать это все. И вообще, только ты немножечко подольше побываешь на берегах Селигера, у тебя появляется такое чувство благодарности за то, что вот к тебе приходит оттуда. Это и тишина, это и чистый воздух сосновый, и все это успокаивает нервную систему, и приводит тебя в нормальное состояние. Я еще хочу сказать, что вот Селигер, он славен своими грязями. И в принципе, на Селигере можно сделать прекрасный спа-курорт, на котором люди могут приезжать на выходные, и приводить себя в порядок. Двух дней будет достаточно для того, чтобы отключиться, придти в себя, настроиться…

Р. Плюсов
― Александр, вот я так люблю эти разговоры, про внутренний туризм, они всегда такие красивые, знаете, эти вот спа-курорты, отели.

А. Лупанов
― Да, ну не важно, немножко чего-то всегда не хватает.

Р. Плюсов
― Это то аэропорта не хватает, то железной дороги, то туалета элементарного, то еще что-то.

И. Разбаш
― Я хотел сказать, что искренне благодарен всем тем, кто собственно принял участие в нашей акции по уборке берегов под названием «Вода России», как это не странно. Но вместе с тем, я наверное призываю тех, кто ответственен в регионах, уделять внимание водным объектам чуть больше.

Р. Плюсов
― Виктор Алексеевич, ну вот вы со своей стороны как оперативно, когда поступают заявки, насколько оперативно, и вообще откликаться на такие… Зов из регионов.

В. Мелехов
― У нас ежегодно проходит такой конкурс. Я хотел бы добавить несколько слов о механизме функционирования федеральной целевой программы. Вот аналогичные программы, государственные программы есть у каждого субъекта РФ. И непременно в первую очередь это мероприятие должно быть включено в государственную целевую программу субъекта РФ, в данном случае Тверской области. Когда там предусмотрены соответствующие средства, соответствующие мероприятия. Эти средства автоматически должны быть включены в бюджет, утверждены в бюджет субъекта РФ, и только тогда, уже по изготовленному проекту, это мероприятие в составе заявки от субъекта РФ, в федеральную целевую программу поступает на конкурс. Ну а обсуждение программы обсуждение бюджета, несомненно идет не только администрацией с субъектом. Там и законодательное собрание участвует.

Р. Плюсов
― Ну это насколько…

В. Мелехов
― Представители народа, и так далее.

Р. Плюсов
― Насколько быстро, примерные сроки есть какие-то? Вот скажем от месяца, до 3 лет.

В. Мелехов
― Я вот согласен с Надеждой Петровной, что у них трехлетний цикл от задумки до начала реализации прошел. Это не так много. Можно конечно сократить с учетом уже имеющегося опыта, но в первую очередь должно быть принято решение у субъекта, что он берется за этот объект. Что он диагностировал состояние этого объекта, он диагностировал причины такого состояния, он предусмотрел мероприятия по ликвидации этих причин. Ну, те же самые мероприятия, которые загрязняют… Привели к загрязнению, да. И после этого изготавливается проект, подается на конкурс. То есть, субъект должен быть готов.

Р. Плюсов
― Виктор Алексеевич, спасибо вам. К сожалению, время наше подошло к концу, все, не успеваем мы уже больше ничего обсудить. Ну, в общем все понятно, я вкратце если позволите, подытожу. Конечно, власти должны делать. И понятно, когда мы задаем вопрос, кто в России сделает реки и озера чище, это как я уже говорил, работа властей, нужно этим заниматься, нужно это делать. И все механизмы, как мы видим, и в рамках федеральной целевой программы, есть. Пожалуйста обращайтесь, получайте деньги, делайте. Ну, и конечно и мы тоже не должны забывать, граждане тоже не должны забывать, как мы видим на акцию «Вода России» по уборке берегов выходит все больше людей. Поэтому когда мы спрашиваем, кто сделает реки и озера чище? Ну кто, мы. Мы должны это делать.

И. Разбаш
― Мы, все вместе.

Р. Плюсов
― Спасибо счастливо.

Возврат к списку



Комментарии0